У Москвы богатая и славная история. Но даже солидная летопись не будет полной без убористых страничек, повествующих о прошлом и настоящем различных уголков большого и шумного города, который щедро вобрал в себя окрестные поселки и деревушки, сделав своей неотъемлемой частью.
Итак, первые рукописные сведения о селе с названием Гольяново появились в 60-е годы XVII века. Оно считалось приселком дворцового села Покровского, вотчиной «тишайшего» царя Алексея Михайловича. Лежало поселение на холмах в верхнем течении реки Сосенки на старинной Хомутовской дороге, которая вела из Москвы к великокняжеским бортям на реке Клязьме, упираясь в деревушку Хомутовку, давшую свое имя тракту. А вокруг, сколько глаз хватало, простиралась величественная среднерусская равнина. Три века назад Хомутовский тракт потерял прежнее значение. Главной стала Стромынская дорога, проходившая южнее Гольянова. Хомутовка же сегодня – это Щелковское шоссе.
Давнюю историю этих мест подтвердил найденный вблизи станции метро «Щелковская» клад серебряных монет, зарытых около 1607 года.
Название Гольяново происходит от слова «гальян», что, согласно Толковому словарю В.И. Даля, обозначает небольшую рыбку – вьюна, в изобилии водившуюся в местных водоемах. А их, кроме Сосенки и ее притоков, было еще два. Один пробегал по местности, где нынче стоят дома 19 (корп. 1) и 20 по улице Хабаровской.

В старину даже словечко такое в обиходе было – «гальянить», то есть ловить мелкую рыбешку. По всей видимости, в здешних местах популярен был этот промысел. Во всяком случае, у историков даже термин сложился: лингвистическая «археология», то есть на основании исследования топинимов, исторических суффиксов и иных морфем снимать один культурный пласт за другим и приоткрывать покров с веков...
Но этот исторический источник дает простор разнообразным гипотезам. А вот и солидный труд – «Экономические примечания» за 1800 год. Читаем и узнаем, что в верхнем течении Сосенки водились преимущественно пескари и гольцы. Позвольте, а гальян-то где? Дело в том, что в XVII веке эту живность с плавниками просто не принимали всерьез, считали пустяковой, сорной рыбой. Вестимо, ведь к государеву столу подавали осетров, стерлядей, лососей, щуку, лещей да судаков. Да что там царь – даже народ попроще знавал вкус если и не осетров да стерлядей, то уж щук и судаков - определенно. Этому и свидетельства есть: Емеля с волшебной щукой, исполнявшей его сумасбродные желания, да добрый молодец, который «вдоль по Питерской – по Тверской-Ямской» «судака тащит кума-душечке».
Можно еще предположить, что «Гальяном» звали одного из первопоселенцев здешних мест. Русское средневековье знает много подобных прозвищ, ставших потом именами собственными – фамилиями, названиями местностей: Волк, Заяц, Топтыгин...
Территорию района условно можно поделить на три исторические зоны, в границах которых в XVII веке по течению реки Сосенки возникли деревни Калошино, Черницыно, Гольяново. Восточнее на планах второй половины XVIII века обозначен впадавший в Сосенку Вешний исток, а северо-восточнее – Безымянный ручей.